Буковинський Державний Медичний Університет

БІБЛІОТЕКА

Вдосконалюємося для вас!
Вгору

ЛЮБОВНА ЛІРИКА

Шановні поціновувачі поезії, вірші з якими Ви ознайомитесь є колекцією директора бібліотеки БДМУ

Цимбал В.І. 

След любви

Не отвергай же прошлое свое!
И не жалей того,
что в прошлом было:
След женщины хранит твое жилье…
Вот главное: она тебя любила!
                                 —

***
Люблю, – но реже говорю об этом,
Люблю нежней, – но не для многих глаз.
Торгует чувством тот, кто перед светом
Всю душу выставляет напоказ.
Тебя встречал я песней, как приветом,
Когда любовь нова была для нас.
Так соловей гремит в полночный час
Весной, но флейту забывает летом.
Ночь не лишится прелести своей,
Когда его умолкнут излиянья.
Но музыка, звуча со всех ветвей,
Обычной став, теряет обаянье.
И я умолк подобно соловью:
Свое пропел и больше не пою.

***

Горечь! Горечь! Вечный привкус
На губах твоих, о страсть!
Горечь! Горечь! Вечный искус —
Окончательнее пасть.

Я от горечи — целую
Всех, кто молод и хорош.
Ты от горечи — другую
Ночью за руку ведешь.

С хлебом ем, с водой глотаю
Горечь-горе, горечь-грусть.
Есть одна трава такая
На лугах твоих, о Русь.

Завещание

Моей наследницею полноправной будь,
Живи в моем дому, пой песнь, что я сложила.
Как медленно скудеет сила,
Как хочет воздуха замученная грудь.

Моих друзей любовь, врагов моих вражду,
И розы желтые в моем густом саду,
И нежность жгучую любовника – все это
Я отдала тебе – предвестница рассвета.

И славу, то, зачем я родилась,
Зачем моя звезда, как некий вихрь, взвилась.
И падает теперь. Смотри ее паденье.
Пророчит власть твою, любовь и вдохновенье.

Мое наследство щедрое храня,
Ты проживешь и долго, и достойно.
Все это будет так. Ты видишь, я спокойна.
Счастливой будь, но помни про меня.

***
Не будем пить из одного стакана
Ни воду мы, ни сладкое вино.
Не поцелуемся мы утром рано.
А ввечеру не поглядим в окно.
Ты дышишь солнцем, я дышу луною,
Но живы мы любовью одною.

Со мной всегда мой верный, нежный друг,
С тобой твоя веселая подруга.
Но мне понятен серых глаз испуг,
И ты виновник моего недуга.

Коротких мы не учащаем встреч.
Так наш покой нам суждено беречь.
Лишь голос твой поет в моих стихах,
В твоих стихах мое дыханье веет.
О, есть костер, которого не смеет
Коснуться ни забвение ни страх,
И если б знал ты, как сейчас мне любы
Твои сухие, ласковые губы.

 ***

… Для того ль я тебя целовала,
Для того ли мучилась, любя,
Чтоб теперь спокойно и устало
С отвращеньем вспоминать тебя.
***

Ты где-то вечером опять…
Не поворотишь время вспять.
Предоставляю многоточью
Распорядиться за меня,
Где ты и с кем на склоне дня…
А что ты будешь делать ночью?
Ночь – наш незаходящий день.
От всех забот ее раздень
И убедишься ты воочью,
Пока не усыпит заря,
Что вопрошала я не зря,
А что ты будешь делать ночью.
В какой покой, какой полет
Ночь черной лебедью плывет
И в душу обращает тело.
Как каждый к каждому прирос!
И отпадает сам вопрос,
А что ты ночью будешь делать?
А что ты будешь делать днем,
Коль мы с себя ее стряхнем,
Коль я забуду, ты забудешь?
И на просторе ледяном
Незаходящим, вечным днем –
Что вообще ты делать будешь?..

                                   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
                              ***

Не будем пить из одного стакана
Ни воду мы, ни сладкое вино,
Не поцелуемся мы утром рано,
А ввечеру не поглядим в окно.
Ты дышишь солнцем, я дышу луною,
Но живы мы любовью одною.

Со мной всегда мой верный, нежный друг,
С тобой твоя веселая подруга.
Но мне понятен серых глаз испуг,
И ты виновник моего недуга.
Коротких мы не учащаем встреч.
Так наш покой нам суждено беречь.

Лишь голос твой поет в моих стихах,
В твоих стихах мое дыханье веет.
О, есть костер, которого не смеет
Коснуться ни забвение, ни страх.
И если б знал ты, как сейчас мне любы
Твои сухие, розовые губы!

Л.Ошанин

* * *

Мы любовь свою схоронили,
Крест поставили на могиле.
– Слава богу! – сказали оба
Только встала любовь из гроба,
Укоризненно нам кивая:

– Что ж вы сделали! Я живая!
***

Надо верными оставаться,
До могилы любовь неся,
Надо вовремя расставаться,
Если верными быть нельзя.
Пусть вовек такого не будет,
Но кто знает, что суждено?
Так не будет, но все мы люди…
Все равно – запомни одно:
Я не буду тобою брошена,
Лгать не станешь мне, как врагу,
Мы расстанемся, как положено, –
Я сама тебе помогу.

***

…Меня ты не встретишь,
письма не напишешь,
но только не смей забывать меня,
слышишь?
Хочу, чтоб глаза твои
так же светились,
как в полночь, когда мы у двери простились,
хочу, чтобы сердце так же стучало,
как там, над рекою,
в начале начала…
Чтоб сердце твое,
как в начале начала,
всегда мое имя улыбкой встречало.

Спасибо… Простите… Свеча догорела… 
Простите за то, что сказать не успела… 
За то, что продлить Вашу жизнь я не в силах… 
Простите меня… Я Вас тоже простила… 
 
Внемлите словам моим, взрослые дети: 
Чтоб слёз было меньше на нашей Планете, 
Любовью – родителям жизни продлите. 
Сердец теплоту им при жизни дарите! 
 
Потом будет поздно страдать и грустить… 
Потом будет поздно прощенья просить… 
Успейте им вовремя руку подать. 
Спешите успеть, чтобы не опоздать!..
                               —

БУДЬ СО МНОЙ 

Когда в душе весна играет,
Цветут мечты вишнёвым садом,
Мне будет хорошо – я знаю,-
Когда со мной ты будешь рядом.

Хочу твоим дыханьем быть,
Твоим хочу быть взглядом,
Чтоб, сколько суждено мне жить,
Со мною был ты рядом.

Хочу, чтобы всегда был май,
Чтоб ты дарил цветы,
Хочу, чтобы везде, всегда
Со мной был рядом ты.

Настанет осень золотая,
Придёт зима со снегопадом,
Но будет мне тепло, как в мае,
Когда со мной ты будешь рядом.


***
Любимый, это от того,
Что мучить можно не безбрежно
Затихла сказочная нежность
В глубинах сердца моего.
И ты когда- нибудь поймешь,
Что лишь однажды так страдают,
А чаще – только принимают
Простую чувственную ложь.

Ирина Снегова

Вопрос

Девочка с папиным взглядом
И моим ртом
Спрашивает тихонько:
– Любишь меня?
Люблю, дурочка,-говорю я и думаю:
Всю жизнь мы носим этот вопрос
И никогда до конца 
не верим ответу.
Любишь меня?- ластится 7 лет к 30.
Любишь меня?- молчат 17 перед17.
Любишь ?- пытают 30 у 40 и 40 у 30.
Меня то любишь ли?- шлют 60 вдогонку всем им.
Любишь меня?
Любишь меня?
Любишь меня?

 

 

 

***

Ты говоришь: «Она? ..Стыдись.
Как только ты могла подумать!»
Подумать?
Прошлого не сдунуть ,
Как белый пух
И жёлтый лист..
И боже нас оборони
От ревности к тому,
В чём силы
Уж нет давно,
Но –
Не брани,
Не смей бранить
Того, что было!
Не потому , что и меня
Ты так же зачеркнёшь, черня..

 

 

О любви

Любовь – любви не ровня, не родня.
Любовь с любовью, Боже,
как не схожи!
Та светит, эта жжет сильней огня,
А от иной досель мороз по коже.
Одной ты обольщен и улещен,
Как милостью надменного монарха,
Другая душно дышит за плечом
Тяжелой страстью
грешного монаха.
А та, иезуитские глаза
Вверх возводя,
под вас колодки ищет…
А эти?.. Самозванки!
К ним – нельзя!
Разденут, оберут и пустят нищим…
Любовь – любови рознь.
Иди к любой…
И лишь одной я что-то не встречала –
Веселой, той, какую нес с собой
Античный мальчик
в прорези колчана.

***

Я снам не верю.
Но вчера мне снилось,
Что я была в гостях. И знаешь где?
В твоей квартире новой и нарядной.
Народу много. Все наперебой
Старались угостить меня получше.
И ты, и сыновья твои, и гости.
И я была ни в чем не виновата.
И лишь одно меня чуть-чуть смущало:
Кого-то ждали, кто-то все не шел,
И без него, без этого «кого-то»,
Кого-то явно в доме не хватало.
Лишь просыпаясь, поняла я: ждали
Хозяйку дома… Я не верю снам!
В снах все навыворот. Я в сны не верю.
Но целый день сегодня почему-то
Я думаю с тревогой и печалью:
Куда ж она так надолго пропала?

***

Близко-близко, с глазу на глаз,
Губ губами б не задеть…
Милый мой, ведь это наглость –
так глядеть.
И откуда ты явился?
И каких краев-земель?
Лист метался, снег клубился,
За апрелем плыл апрель…
Что с того, что снова рядом
Ты, да я, да дрожь огня?
Ты не смей хозяйским глазом
Так оглядывать меня.
Отлетают, тают искры,
Дотлевает углей медь.
С глазу на глаз, близко-близко,
Губ губами б не задеть…

***

Я послезавтра уезжаю,
И это, кажется, к добру,
Я ничего не обещаю
И обещаний не беру.

Я послезавтра уезжаю;
Махни вдогонку мне рукой…
Возьми, я снова возвращаю
Тебе твой будничный покой.

Живи, как все живут на свете,
В привычной смене чинных лет
И не смотри, как ночью светит
Над спящим Норком красный свет.

Не слушай, как внизу клокочет
Неистребимая Зангу.
Она, как я, наверно, хочет
Век разбиваться на бегу,

Лететь, судьбу опережая,
Вслед за собой других маня…
Я послезавтра уезжаю,
Не нужно вспоминать меня!

***

Все, что ты любишь,
И все, что ты славишь,
С собой не возьмешь ты, –
И людям оставишь.
И небо сквозное
Над облаком белым,
И зори в ознобе,
И кровное дело,
И путь, что не пройден,
И век, что не дожит, –
Ты людям оставишь…
Но счастлив, кто может
Обнять эту землю
Объятьем последним
И сердце свое
Ей оставить
В наследье!

 

Сергей Поделков

Телефонный разговор

Дом
На взгорке крутом.
Хищный март за окном.
Ветер. Оттепель. Точки капели.
Мокрый лес, гнутся голые сучья кругом,
косачи на березах оторопели:
неожиданно вылез медведь из берлоги.
Снег хрустит.
Проломились дороги.
Захворала зима,
Лучевая болезнь источила.
Плачут окна.
Звонит телефон.
Голос в трубке далекий, как стон:
– Это ты?
Что случилось?
Что случилось с тобою сегодняшней ночью?
Не скрывай!
Этот сон был зловещ…-
Обрывается речь,
и молчание, как многоточье.

 

 

 

В треске междугородных помех
вдалеке я дыханье ее различаю.
Между нами
тоска,
поездов круглый бег,
небо в кляксах –
покрыто скользящими с юга грачами.
– Что ты, милая, – все чепуха…
Не тревожься… Алло!-
Рвется связь,
и глуха
трубка черная, провод пустынен.
– Черт! Алло!-
и нервический всплеск укороченных фраз…
«Говорите» –
врывается телефонистки приказ,
как спасительная благостыня.

Снова трубка нежнейшей тревоги полна,
речь пульсирует,
слышу: то громкой, то слабой.
– Я спала.
Ровно в полночь,
как склизкою лапой,
меня вытолкнул ужас какой-то  из сна.
Сразу мысль о тебе.
Мне почудился зов,
непонятный послышался возглас…
За сто верст от меня ты –
как за сто веков.
Что случилось с тобой в этом месте
промозглом?

 

 

 

– Все прошло.
– Что прошло? Не таи!-
Долгий вздох,
будто рядом стояла устало.

– Ровно в полночь… Я лампу зажег
Подступило удушье,
мне воздуха недоставало,
недоставало тебя.
Я подумал: ты далеко.
Странный страх,
в первый раз…было что-то такое…
Уже легче.
И дышится так же, как прежде, легко.
– Что же врач?.. Что сказал он тебе?
– Стенокардия покоя.
У окна –
кисть портьерную я тереблю,
а в крови, в голове
бесконечного эха дрожанье:
«Я люблю тебя, слышишь?
Люблю!
Я сейчас выезжаю».

 

Юлия Друнина

Тридцать лет

Мне казалось, что 30 лет –
Это глаз потускневший свет,
Это стайки морщин у рта,
Это молодость прожита.
Не захочется, мол, тогда
Видеть новые города:
Собираться да брать билет –
Это просто лишь в 20 лет!
Разонравится в 30 мне
На упрямом скакать коне,
Упиваясь ветрами всласть, –
Эдак можно ведь и упасть!
«30» – это когда не жди
На свиданье меня в дожди…
До чего ж я была смешной!
30 минуло мне весной.
Так же радостно нынче мне
Кочевать по родной стране.
Так же скорость меня зовет –
О, степных скакунов полет!
Так же щеки мои горят,
Если их обожжет твой взгляд…

 

 

***
В голом парке коченеют клёны.
Дребезжат трамваи на кругу.
Вот уже и номер телефона
Твоего я вспомнить не могу…
До чего же неуютно, пусто.
Всё покрыто серой пеленой.
И становится немножко грустно,
Что ничто не вечно под луной…

Ты – рядом, и все прекрасно

Ты – рядом, и все прекрасно:
И дождь, и холодный ветер.
Спасибо тебе, мой ясный,
За то, что ты есть на свете.
Спасибо за эти губы,
Спасибо за руки эти.
Спасибо тебе, мой любый,
За то, что ты есть на свете.
Ты – рядом, а ведь могли бы
Друг друга совсем не встретить..
Единственный мой, спасибо
За то, что ты есть на свете!

***
Хорошо по крепкому морозу
Мне бежать по улицам чуть свет.
Хорошо!
Но, может, будет поздно
Так вот бегать через десять лет…

Потому-то каждую минуту
Тороплюсь у жизни я отнять
Пусть дорога то взлетает круто,
То под гору падает опять…

Пусть порой и мучаюсь, и плачу.
Ну и что же – горе не беда!
Веру в то, что жизнь моя – удача,
Я не потеряю никогда!

***
Смиряемся
Мы с мыслью о кончине,
Смиряемся
Еще с ребячьих пор.
И кровь моя от ужаса не стынет,
Хоть вынесен мне
Смертный приговор…

Но сколько раз
С пронзительным испугом
Я снова вспоминаю,
Дорогой:
Из двух людей,
Живущих друг для друга,
Один уходит раньше,
Чем другой…

ЛЮБОВЬ

Опять лежишь в ночи, глаза открыв,
И старый спор сама с собой ведешь.
Ты говоришь:
– Не так уж он красив! –
А сердце отвечает:
– Ну и что ж!
Все не идет к тебе проклятый сон,
Все думаешь, где истина, где ложь…
Ты говоришь:
– Не так уж он умен! –
А сердце отвечает:
– Ну и что ж!
Тогда в тебе рождается испуг,
Все падает, все рушится вокруг.
И говоришь ты сердцу:
– Пропадешь!-
А сердце отвечает:
– Ну и что ж!

 

***

И когда я изверилась, сникла, устала
И на чудо надеяться перестала,
Позвонил человек из далекой страны,
И сказал человек:
— Вы мне очень нужны. –
И сказал человек:
— Я без вас не могу… –
За окном закружились дома на снегу,
Дрогнул пол, покачнулись четыре стены.
Человек повторил:
— Вы мне очень нужны… –
Этот голос с акцентом —
замедленный, низкий!
А потом бормотание телефонистки:
— Почему вы молчите, Москва, почему?
Отвечайте, алло! –
Что ответить ему?
Что давно я изверилась, сникла, устала,
Что на чудо надеяться перестала,
Ничего не хочу, никого не виню,
Что в остывшей золе не воскреснуть огню?
Только вслух разве вымолвишь эти слова?
И молчала, молчала, молчала Москва…

 

***
Ты – выдумка моя,
Мне ясно это,
Но оттого
Еще дороже ты.
Обычнейшее дело
Для поэта:
Вдохнуть свое
В любимые черты.
В черты лица,
А что важнее –
В душу.
Влюбиться в мрамор,
Как Пигмалион…

Пусть ты другой –
Грубей, обычней, суше,
Пусть оборвется
Мой короткий сон.
Пусть оборвется –
Разве в этом дело?
Я счастлива,
Что ты сейчас со мной!
Да, самый добрый,
Самый-самый смелый –
Вот только
Что без крыльев за спиной!

 

СТАРЕЮЩАЯ ЖЕНЩИНА 

Стареющая женщина…
Как страшно –
Вздыхает, строит глазки, морщит нос.
На голове её, подобно башне,
Сооружение из крашенных волос.

Она себе всё мнится резвой птичкой,
Ровесницей своих же дочерей.
Она смешна,
Она же и трагична –
Несладко, если старость у дверей.

Не смейтесь, люди!
Не судите строго –
Пусть строит глазки, морщит носик,
Пусть…..
Дай мужество мне, и.о. Господь-Бога,
С достоинством закончить женский путь!

 

***

Мне с тобой так было
Поначалу –
Словно светлый
Зазвенел мотив.
Ласково и радостно встречала,
Провожала в ночь,
Не загрустив.
И остановиться бы
На этом –
Ведь ещё держали тормоза…
Но весна перешагнула
В лето,
Не перешагнула дружба за
(Мнилось, нерушимые!)
Границы,
(Верилось, стальные!)
Рубежи…
Что ж,
Земным поклоном поклониться
Я должна тебе за это,
Жизнь!

***

Помоги, пожалуйста, влюбиться,
Друг мой милый, заново в тебя,
Так, чтоб в тучах грянули зарницы,
Чтоб фанфары вспыхнули, трубя.

Чтобы юность снова
повторилась –
Где ее крылатые шаги?
Я люблю тебя, но сделай милость:
Заново влюбиться помоги!

Невозможно, говорят, – не верю!
Да и ты, пожалуйста, не верь!
Может быть, влюбленности потеря –
Самая большая из потерь…

***
Я тобой горжусь – напрямик шагая, 
Ты нигде не свернул с пути. 
Пусть с тобой по жизни поет другая – 
Только рядом бы вам идти. 
Лишь всегда бы влюбленной была и мелой, 
А когда покачнешься ты, 
Поддержать бы тебя, дорогой сумела, 
Как сестра наложить бинты. 
Чтоб умела прощать, принимать 
потери – 
Сколько их в суматохе дней! 
Знаешь что, все равно я не слишком верю, 
Что меня ты забудешь с ней…
***
Он. Она. Муж в далеком рейсе…
Скажет женщина:
– К черту ложь!
Да люблю. Только не надейся…
Это было бы – в спину нож…
Не считай меня недотрогой,
Просто как бы ни шли дела,
Я « хорошим парнем », ей-богу,
Я всегда « верняком » была.
Он ответит:
– Что ж, хлопнет “по сто”.
Ты и вправду « верняк », дружок. –
И простится. Все очень просто:
Станет в сердце рубцом ожог…

Василий Федоров

***

Лицо тоскою выбелю,
Приду к тебе
любя
Любить, как перед гибелью,
До слез, до забытья,
До бреда, до сожжения
В судьбе, а не в игре,
До чуда воскрешення
На утренней заре…

 

 

 

 

 

***
Я целовал твое письмо,
Не унимая нервной дрожи.
В нем наказание само,
В нем отречение – и все же
Я целовал твое письмо.

Могло бы быть совсем иначе.
Не плачу я и не корю.
Но, и не плача, говорю:
Могло бы быть совсем иначе.
Мне говорят мои года,
Что бесполезен поздний опыт,
Что я нигде и никогда
Не повторю любовный ропот…
Так говорят мои года.
Я не тебя,
Я мир теряю.
Не жалуясь и не сердясь,
Тебе я горе поверяю:
Поэзии живая связь
Оборвана…
Я мир теряю!

 

 

 

***
За позднюю вину,
За то, что грудь остыла,
Того не прокляну,
Что прежде счастьем было.

Пусть рана
Жжет в глуби,
Но все ж за эту рану
Я прошлое любви
Обкрадывать не стану.

Припомню те черты,
И сердце тронет жалость.
Кто виноват, что ты
Той, прежней,
Не осталась!

***
Была любовь.
Была сомнений смута.
Надежды были.
Молодость была,
Да, молодость была,
Но почему-то
Она большого счастья не дала.

Она ушла,
Но слезы не прольются.
Ушла. Иди. И не зови трубя.
Нет, не хочу я
В молодость вернуться,
Вернуться к дням,
Где не было тебя.

 

***
Знакомо, как старинный сказ:
Уходят женщины от нас.
Они уходят
и уносят
холодный блеск холодных глаз.

Была нежна
и влюблена,
Была так долго мной пьяна.
Так неужель в ней не осталось
Ни капли моего вина?

Зачем любить?
Зачем гореть?
Зачем в глаза другой глядеть?

Увы! Уму непостижимы
Две тайны:
Женщина и смерть.

 

 

 

***
А я когда-то думал,
Что седые
не любят,
не тоскуют,
не грустят.
Я думал, что седые,
как святые,
На женщин и на девушек глядят.
Что кровь седых,
будившая разбойно,
как речка,
напоившая луга,
уже течет
И плавно, и спокойно,
не подмывая страсти берега.

Нет,
У седой реки
Все то же буйство,
Все та же страсть
и глубина…

О, как меня подводит седина,
Не избавляя от земного чувства!

***

Если б
Богом я был,
То и знал бы,
Что творил
Женщину!

Если б
Скульптором стал,
Высек бы
Из белых скал
Женщину!

Если б
Краски мне дались,
Рисовала б
Моя кисть
Женщину!

Но
Не бывшую со мной
И не ставшую женой
Женщину!

***

За дружбу,
За любовь,
За боль последней встречи,
За сладкий хмель
Испитого вина.
К тебе одной
В прощальный этот вечер
Грудь благодарности полна.
Когда другие только боль дарили,
Притворствуя в любви,
Но не любя,
Твои глаза
С упреком говорили:
“С другими ты,
А я люблю тебя.”
Твое прощенье
И твое прощанье
Соединились,
Чувство не дробя,
В один порыв
Любви и обещанья:
“Я все равно
Буду любить тебя!”

***

Любовью,
Гневом
Сердце мая,
Людей привык я разделять
На тех, которых я не знаю
И тех, которых смог узнать.
И этих,
Что узнал поближе,
Я, приглядевшись,
Так делю:
Одних до радости люблю,
Других до смерти ненавижу.

***
В горячке выпил все отравы,
До самой горькой и хмельной.
Капризы и любви и славы
Уже не властны надо мной.

Еще душа не долюбила,
Еще до радостей гаразд,
Но радостней того, что было,
Мне, знаю, жизнь уже не даст…

***
Лучше сразу бы сказала злое,
Чем расстраивать обиняком.
Я тебя ловлю на каждом слове
И на каждом вздохе о другом.

Глупые,
Смешные подозренья!
Но когда сомнение не спит,
Каждое твое разуверенье
Только лишний повод для обид.

И когда
Всем сердцем негодую
И от боли чуть ли не кричу,
Все же ты не думай,
Что ревную…

Просто я тебя, мою родную,
В жалком свете
Видеть не хочу.

***
Я целовал твое письмо,
Не унимая нервной дрожи.
В нем наказание само,
В нем отречение – и все же
Я целовал твое письмо.

Могло бы быть совсем иначе.
Не плачу я и не корю.
Но, и не плача, говорю:
Могло бы быть совсем иначе.

Мне говорят мои года,
Что бесполезен поздний опыт,
Что я нигде и никогда
Не повторю любовный ропот…
Так говорят мои года.

Я не тебя,
Я мир теряю.
Не жалуясь и не сердясь,
Тебе я горе поверяю:
Поэзии живая связь
Оборвана…
Я мир теряю!

***
Не бойтесь гневных,
Бойтесь добреньких;
Не бойтесь скорбных,
Бойтесь скорбненьких.

Несчастненькие
Им под стать.
Всегда с глазами смутно-красными,
Чтоб никому не помогать,
Они прикинутся несчастными.

Заметив
Слезный блеск в зрачках,
Не доверяйте им
Ни чуточку…
Я, попадавший к ним на удочку,
Порвал все губы
На крючках.

***
Измаянная тишиной,
Мысль за тобою гонится.
За радость ночи
Той,
Одной,
Плачу
Сплошной бессонницей.

За страсть,
Сжигавшую дотла,
Я б согласился с карою,
Что узаконена была
Царицею Тамарою.

Счастливец
Много ли терял,
Когда от стона светлого
С ее груди
Летел в Дарьял,
Уже ко стону
Смертному.

И знал он,
Брошенный на дно,
Что после расставания
Его убили б все равно
Потом
Воспоминания.

Не длил бы я
Постылых дней,
Когда бы не иллюзия,
Что ты нежней,
Что ты умней,
Добрей царицы Грузии.

Вечером 

Звенела музыка в саду
Таким невыразимым горем.
Свежо и остро пахли морем
На блюдце устрицы во льду.
Он мне сказал: « я верный друг!»-
И моего коснулся платья.
Как не похожи на объятья
Прикосновенья этих рук.
Так гладят кошек или птиц,
Так на наездниц смотрят стройных…
Лишь смех в глазах его спокойных,
Под легким золотом ресниц.
А скорбных скрипок голоса
Поют за стелющимся дымом:
« Благослови же небеса –
Ты первый раз одна с любимым.»
***

Все речи, до речи…
Молчи, фарисей!
Никто не поверит,
Имея понятье,
Что дети родятся
От жарких речей.
От жарких речей,
А не жарких объятий…
Душа да душа…
Замолчи ты, ханжа!
Мы тоже святые,
Но разве же худо,
Что к женам нас манит
Не только душа.
А женского тела
Горячее чудо.
Ты книжный,
Ты скучный,
Должно, не любя
Тебя зачинали,
Когда заскучалось.
Все люди как люди.
И кроме тебя,
Ошибок в природе
Еще не случалось.
— 

 ***
О, жизнь без завтрашнего дня!
Ловлю измену в каждом слове,
И убывающей любви
Звезда восходит для меня.
Так незаметно отлетать,
Почти не узнавать при встрече.
Но снова ночь. И снова плечи
В истоме влажной целовать.
Тебе я милой не была,
Ты мне постыл. А пытка длилась,
И, как преступница, томилась
Любовь, исполненная зла.
Ты словно брат. Молчишь сердит.
Но если встретимся глазами –
Тебе клянусь я небесами,
В огне расплавится гранит.
 ***
О, женщина,
Краса земная,
Родня по линии прямой
Той первой,
Изгнанной из рая,
ты носишь рай в себе самой.
Я говорю
Библейским стилем
И возглашаю горячо.
Не Петр – ключарь,
А я, Василий,
Заветным наделен ключом.
Мы любим
По земным законам,
И соблазняешь ты меня
Не яблочком одним,
Зеленым,
А сразу спелыми
Двумя.
О женщина!
Двумя томится,
И жажда мучит
Все сильней.
Пить!
Пить!
Мне пить!
И не напиться
Бедовой радости твоей.

Лариса Васильева

***

В любви признаваться не стану,
не знаю, как это назвать:
словно соли насыпали в рану
и все сыплют и сыплют опять.
Ты – мое наслажденье и мука,
как солнце, однажды дана,
страшна мне с тобою разлука,
встреча тоже страшна.

Людмила Татьяничева

Ни печали, ни радости
Все, что было –
до малости
Отдавала, любя.
Ни печали,
Ни радости
Я не жду от тебя.
Лес стоит,
Как обугленный,
За последней межой.
Ты – не просто
Разлюбленный,
А навеки чужой.

Маргарита Алигер

***

Мне жалко радостей ребячьих,
которых больше в мире нет,-
одесских бубликов горячих,
дешевых маковых конфет.

Того волшебного напитка,
что ударял внезапно в нос.
Того целебного избытка
недоумений, сил и слез.

Мне жалко первых вдохновений,
идущих штормом на причал,
необратимости мгновений,
неповторимости начал.

Я буду жить, светло жалея
свой каждый миг, свой каждый путь.
Но если бы явилась фея
и предложила все вернуть…

За сполох чистый, сполох ранний
далеких радостей моих
я не отдам очарований
туманной памяти о них.

***
…И впервые мы проснулись рядом
смутным утром будничного дня.
Синим-синим, тихим-тихим взглядом
ты глядел безмолвно на меня.

Есть минута счастья и печали,
и черты меж них не провести…
Именно об этом мы молчали
первым утром страдного пути.

***

…И вот опять скрестились наши
судьбы.
Опять рассвет, гостиница, весна…
Семь лет прошло… Хоть на часок
уснуть бы!
Семь лет разлуки – тут, уж не до сна!

Перед зарей 

Ни с того, ни с сего ты сегодня приснился мне снова. –
Перед самой зарей, когда дрогнула мгла, –
И негромко сказал мне хорошее, доброе слово,
И от звука его я проснулась
И больше уснуть не могла.
Чтоб его не забыть, я почти без движенья лежала.
Занимался рассвет,
В петушиные трубы трубя…
Вот и минула ночь!
А ведь я за нее возмужала.
До нее мне казалось,
Что я разлюбила тебя.

***
Что за ночь на свете, что за ночь!
Тихо как…
Сейчас случится чудо.
Я услышу голос твой:
«Мне худо!
Приходи… Ты можешь мне помочь».

***
Опять прощаться и опять
прощать… В который раз!
Опять я не могу поднять
невыплаканных глаз.
Не закричать, не продохнуть,
не вспомнить нужных слов…
Прости меня, пускаясь в путь
Средь жизненных ветров.
Прости и будь здоров!
Прости меня!
За что, Бог весть!
Что называть виной?
За то, что были мы и есть
под солнцем и луной.

Была и есть, какая есть.
Уж мне не быть иной.
Прости меня…
За что, Бог весть!
Что называть виной?

За то, что сильный человек,
строитель и боец,
одну на свете и навек
ты любишь, наконец!

 

ДВОЕ

Опять они поссорились в трамвае,
не сдерживаясь, не стыдясь чужих…
Но, зависти невольной не скрывая,
взволнованно глядела я на них.

Они не знают, как они счастливы.
И слава богу! Ни к чему им знать.
Подумать только! – рядом, оба живы,
и можно все исправить и понять…

 

Да и нет

Если было б мне теперь 18 лет,
я охотнее всего отвечала б: нет!
Если было б мне тепер года 22,
я охотнее всего отвечала б: да!
Но для прожитых годов, пережитых лет,
мало этих малых слов,
этих “да” и “нет”.
Мою душу рассказать им не по плечу.
Не расспрашивай меня,
если я молчу.

***
Я слишком счастлива была
в жару любви твоей.
Я слишком поздно поняла,
что я была сильней.
Что мне на все б хватило сил,
на долгий, долгий срок.
Что ты о помощи просил,
когда бывал жесток.
Что можно было все спасти,
принять за все ответ.
…И некому сказать: прости,-
тебя на свете нет.
И только на губах горят
бессильные слова.
К чему?!
…А люди говорят,
что я еще жива.

***
Нет, он мне не нравится ничуть.
Я в него ничуть не влюблена.
Почему же ударяет в грудь
жаркая веселая волна?
Верю в эту вольную волну,
что на истинную глубину
помогает выйти кораблю.
Подарите мне еще одну
жизнь на свете,-
я его люблю!

Нина Грачева 

***

Я для тебя готова умирать
Хоть каждый день
И снова жить на свете,
И на высоком пламени – сгореть,
И петь, и не мечтать зимой о лете.

Я для тебя готова быть в плену
Иллюзий горьких, и всегда готова
Любить твоих детей, твою жену,
Твое любое ветреное слово.

Готова снег зеленым рисовать
И небо – красным, и не спать ночами,
Не думать, не летать, не целовать,
Играть огнем, и не играть речами.

Готова бед своих – не замечать,
Терпеть жару, морозы или слякоть,
И даже о любви к тебе – молчать,
И даже улыбаться и не плакать.

В. Туркин 

***
Всего одно свидание,
Всего одно видение,
А в сердце – ожидание,
В груди – приобретение.
Во встрече не обещанной,
Внезапной и божественной,
Я чуял – входит женщина,
Вся вылита из женского,
Из мягкого и нежного,
Из теплого и вкусного,
Из чистого и грешного,
Веселого и грустного.
Вся вылита из лучшего
Вина, что выпить надо бы…
Ах, черт тебя научивал
Сидеть с ногою на ногу,
Когда такие линии
Вычерчивались сами…
Приникните, прильните к ним
Глазами и губами,
Испейте это с рвением, –
Волнение не вечно:
Нам предстоит старение
И превращение в нечто.
Уходишь в мир огромный
Не обнятая мною,
А я, как обворованный,
Над радостью земною.

Белла Ахмадулина

***

Не уделяй мне много времени,
вопросов мне не задавай.
Глазами добрыми и верными
руки моей не задевай.

Не проходи весной по лужицам,
по следу следа моего.
Я знаю – снова не получится
из этой встречи ничего.

Ты думаешь, что я из гордости
хожу, с тобою не дружу?
Я не из гордости – из горести
так прямо голову держу.

Русский вариант песни в исполнении
Глории Гейнор
 “I Will Survive”

 Я ВЫЖИЛА

Сколько было слёз и ночей без сна!
Казалось мне, что без тебя я умереть должна.
Когда стоял ты у окна, казалось, что
твоя спина закрыла мир.
Я из него уйти должна.
Но я жива, я поняла,
что зря из-за тебя ночей бессонных столько провела.
Переборола я себя, и победила я себя,
И всё уверенней в себе я становлюсь день ото дня.
Да! я живу! Я вновь живу
И высоко опять сегодня голову держу.
И даже встретить не боюсь тебя теперь ничуть,
Я так легко могу в глаза твои взглянуть.
И я не та, давно не та девчонка глупая,
которой ты тогда сказал “Прощай”.
И под прошлым для меня подведена давно черта.
Ты так и знай,
Ты так и знай,
Ты так и знай!

 Андрей Дементьев

Душа не хочет перемен 

Любовь не только возвышает
Любовь порой нас разрушает.
Ломает судьбы и сердца…
В своих желаниях прекрасна,
Она бывает так опасна,
Как взрыв, как 9 грамм свинца

Она взрывается внезапно.
И ты уже не можешь завтра
Не видеть милого лица.

Любовь не только возвышает
Любовь вершит и все решает.
А мы уходим в этот плен
И не мечтаем о свободе.

Пока заря в душе восходит,
Душа не хочет перемен.

                          ***

Выхода нет есть неизбежность.
Наша любовь – это наша вина.
Не находящая выхода – нежность
На вымирание обречена.

Выхода нет. Есть безнадежность.
И бесконечность разомкнутых рук.

Выхода нет. Ты страдаешь и любишь.
Выхода нет. Не могу не любить.

Я и живу – то еще потому лишь,
Чтобы уходом тебя не убить.

***
Когда любовь навек уходит,
Будь на прощанье добрым с ней.
Ты от минувшего свободен,
Но не от памяти своей.

Прошу тебя, будь благороден.

Оставь и хитрость, и вранье.
Когда любовь навек уходит,
Достойно проводи ее.

Достоин будь былого счастья,
Признаний прошлых и обид.
Мы за былое в настоящем
Должны оплачивать кредит.

Так будь своей любви достоин,
Пришла или ушла она.
Для счастья
Все мы равно стоим.
У горя –
Разная цена.

 Людмила  Галинурова

***

Казалось бы, так просто – позвонить
И о любви сказать скороговоркой,
Затем тихонько трубку положить.
И вновь себя почувствовать девчонкой…
Созорничать, застать тебя врасплох,
Забыть, что нам уже давно за 40…
Но не раздастся этот мой звонок
Лишь потому, что ты мне очень дорог
.

***

Ты опять заглянула вперед
И губами твердишь неживыми:
– Неужели все это пройдет –
И однажды мы станем чужими?
Неужели однажды, ничуть

Ни лицом, ни душой не печалясь,
Ты отправишься дальше в свой путь,
Словно мы никогда не встречались?
Я же стану расчетливей впредь:
Только так может жизнь получиться…
Это невероятно, как смерть,
Но все именно так и случится!

Елена Рывина 

***

Какое счастье – жить.
Проснуться. Глянуть в небо.
Над кофе ворожить
И съесть кусочек хлеба.

И даже осушив
Такую чашу боли,
Считать, что слух фальшив,
Он только слух – не боле. 

Я слышу голос твой,
А ты меня не слышишь,
А я дышу тобой –
А ты уже не дышишь.

Александр Холин 

***

Нужны ли вам они, нужны ли
Мои безумные глаза?
Кого они вчера любили?
Кого полюбят за глаза?

Нельзя сказать, что мы не пара.

И в то же время – далеки,
Как две не выпитые чары,
Как две забытые строки. 

Руки невидимого взмаха
Не удержать, не угадать.
И между нами призрак страха,
Как тайный страх, как злобный тать…

 Вадим Халупович 

***

Кончается зрелость, опять начинается юность.
Как это ни странно, вращается время назад.
Как будто природу наполнила млечная лунность,
Желанья – пронзают, стихи, не родившись, – разят!
И женские губы, блаженствуя, полураскрыты,
И влажный язык соблазняет мое естество,
И звонкие капли дождя барабанят в корыто…
Мои одногодки не могут понять ничего!
Поступки опять совершаются напропалую,
И нам наплевать, что расплакалось небо навзрыд,
Не помня себя, я в глаза тебя нежно целую,
И кажется, сердце взорвется и тут же сгорит.
И вновь ни войны нет, ни горя, ни мора, ни глада –
И только любовь нас из глины аморфной творит.
И ты, молодая, еще не исполнена хлада.
И я для тебя – не погаснувший метеорит.

                           З. Миронова 

***

И все случилось так удачно,
И я теперь тебя не жду.
С тоской окликнешь, не приду,
Уйдешь, от боли не заплачу. 

Валентина Коростелева 

После разлуки

Мы выпивали ночь до дна,
Как будто мстя разлуке,
Сливались наши имена,
Сплетались наши руки.

Попробуй словом назови –
Что мрак одолевает!..
Пусть совершенства нет в любви,
Есть песня грозовая.

Наталья Корнилова 

Любимый мой! 

Спасибо, что ты есть,
Спасибо, что ты жить мне помогаешь,
Хотя о том, быть может, и не знаешь.
Как хорошо, что ночью или днем
Могу я вспомнить и глаза, и руки,
Нет! Не отнять любви у нас разлуке,
Пока с тобой на свете мы живем!

Любимый мой!
Повсюду ты со мной,
Что б я ни делала,
И что б ни говорила,
Судьба нас друг для друга сотворила!
Я вся твоя,
А ты навеки мой!
Спасибо, что ты есть,
Любимый Мой!


Л. Попова

Аллея Керн 
Темнеет. Лип колышутся верхушки,
И кажется – сейчас передо мной
Прошла здесь Керн, и рядом с нею Пушкин,
Горячий, возбужденный, молодой…

Какой-то камешек голубоватый
Она задела кончиком носка,
Он поднял этот камешек и спрятал
К себе в карман глубокий сюртука.

Обрывок из взволнованной беседы
Сквозь говор лип я слышу невзначай.
Он говорит: « Прощайте, верьте бреду…
Пусть он смешон, но искренен! Прощай…»

И снова тихо. Только крикнул аист
Да ветка хрустнула невдалеке.
И облака, мерцая, уплывают,
Неуловимые, как платье Керн.

Тамара Коломиец 

***

Какими я выдумывала их,
Как нежно и взыскующе любила!
И каждый – совершеннее других,
В любом – непререкаемая сила.

Жила в мечтах, как будто бы в огне.
Взмывала ввысь и неувергалась наземь.
Они, мерцая, представлялись мне
То Довбушем, то Всеволодом – князем.

Я шла к их чувству по ступеням плах,
Огонь воспламенял мои творенья.
Я полыхала!
Только пламень – чах…
Никто из них не поддержал горенья.

И вот пришел: настолько близкий мой,
Невыдуманный…
– Здравствуй! – онемею.
Такой неповторимый и родной…
А я уже и верить не умею.

***

Мне странно смотреть на него,
И память мне кажется ложной
О том, что любви колдовство
Влекло нас друг к другу тревожно.

Ищу в нем – не знаю сама,

Что это занятье ничтожно, –

Все то, что сводило с ума

Когда-то меня безнадежно.

Все то, что творилось со мной,
Все то, что я с жизнью творила:
Бежала под дождь проливной,
Под снегом безжалостным стыла.

В зенит высоко-высоко взлетев,

Не боялась разбиться.

А так разлюбила легко –

Как перевернула страницу.

Сгорают года налету
Но вспомню случайно про это –
Как будто взгляну в темноту.
А много ль увидишь со света?..

Евгений Евтушенко 

***

Как ты женщинам врешь обаятельно!
Сколько в текстах твоих красоты!
Как внимательно и обаятельно,
Как расчетливо действуешь ты!

Произносишь ты речи чуть странные,
Напускаешь дурманящий дым.
Нежность – это оружие страшное
Побеждаешь ты именно им.

Ни малейшей вульгарности, грубости,
Только нежно погладишь плечо,
И они уже делают глупости,
И готовы их делать еще.

И, вниманием не избалованные,
Заморочены магией фраз,
Как девчонки, идут на болотные
Голубые огни твоих глаз.

Они слушают стансы ласкаво,
И, выплакивая им боль
Ты влюбляешься по-Станиславскому –
Вдохновенно вживаешься в роль.

Но ведь женщины – женщины искренни
Не актерски, а так, по людски,
И просты их объятья, как исповедь
Накопившейся женской тоски.

В их глазах все плывет и качается,
Ну а ты – уже стал ты другим.
Так спектакль для актера кончается,
Ну а зритель живет еще им.

Личность, в общем, до женщин ты лютая,
Как ты сыто бахвалишься сам.
Это часть твоего жизнелюбия –
Поясняешь интимным друзьям. 

Почему же порой запираешься,
В телефонную трубку грубя,
И по-новому жесть собираешься?
Значит, мучает что то тебя?

И в плывущих виденьях, как в мареве,
Возникают, расплатой грозе,
Отуманенные обманами
Женщин горестные глаза.

Ты к себе преисполнен презрения,
Ты в осаде тех глаз. Ты в кольце.
И угрюмая тень преступления
На твоем одиноком лице. 

— 

Роберт Рождественский 

***

Приходить к тебе, чтоб снова 
Просто вслушиваться в голос,
И сидеть на стуле, сгорбясь,
И не говорить ни слова.

Приходить, стучаться в двери, 
Замирая, ждать ответа…
Если ты узнаешь это,
То, наверно не поверишь,
То, конечно, захохочешь,
Скажешь:
« Это ж глупо очень…»
Скажешь:

«Тоже мне влюбленный!» – 
И посмотришь удивленно,
И не усидишь на месте.
Будет смех звенеть рекою…
Ну и ладно, ну и смейся.
Я люблю тебя такою.—

***

Мы ссоримся часто с тобою,
А дело, быть может, лишь в том,
Что некогда вечно обоим
Сказать не спеша обо всём. 
Но что с тобой? Ты и не слышишь, 
Забыв о размолвке легко, 
Ты что-то задумчиво пишешь 
И вся далеко-далеко. 
Готова лететь за строкою, 
Тихо, беспокойно, легко… 
Сейчас ты совсем не со мною, 
Но как ты сейчас мне близка.


Без тебя 

Хотя б во сне давай увидимся с тобой.
Пусть хоть во сне твой голос зазвучит…
В окно – не то дождем, не то крупою
С утра заладило.
И вот стучит, стучит…
Как ты необходима мне теперь!
Увидеть бы.
Запомнить все подряд…
За стенкою о чем- то говорят.
Не слышу. Но, наверно, – о тебе!
Наверное, я у тебя в долгу,
Любовь, наверно, плохо берегу:
Хочу услышать голос – не могу!
Лицо пытаюсь вспомнить – не могу!
…Давай увидимся с тобой хотя б во сне!
Ты только скажешь, как ты там. И все.

И я проснусь.
И легче станет мне…
Наверно, завтра почта принесет
Письмо твое.
А что мне делать с ним?
Ты слышишь?
Ты должна понять меня –
Хоть авиа, хоть самым скоростным,
А все равно пройдет четыре дня.
Четыре дня!
А что за эти дни
Случилось – разве в письмах я прочту?!
Как эхо от грозы, придут они…
Давай увидимся с тобой – я очень жду –
Хотя б во сне!
А то я не стерплю,
В ночь выбегу без шапки, без пальто…
Увидимся давай с тобой, а то…
А то тебя сильней я полюблю.

Стихи об одной любви 

Как это вышло? Чем тебя обидел?
Скажи мне, горькой правды не тая.
Одну неделю я тебя не видел –
И ты уже сегодня не моя.
Есть призраки, есть ласковые руки,
Далёкий ветер юности былой…
И сердце отдаётся на поруки
И рушит дом надёжный и жилой.
Себе на горе и тебе на горе
Чужой сломать судьбу твою готов:
Без писем встреча на далёком море,
Цветы без подписи, глаза без слов…
Всё это бред романтики грошовой.
Всё блажь. И, кроме головы в дыму,
И нескольких морщинок, и лжи тяжёлой,
Ничем ты не обязана ему!
Будь он красив иль будь уродлив он,
Будь сердцем выше или ростом ниже,
Будь дважды честен, трижды будь влюблен,
Знать не хочу его и ненавижу.
А ты?
Как много прожито с тобою!
И вдруг на всё легла чужая тень…
Что ж, убежать от будней проще двое,
Чем радостью наполнить каждый день.

Трудно тебе, девочка моя,
Чистая, горячая, родная.
В эту ночь один с тобою я
Всё, что было в жизни, вспоминая.

За чужой порог в чужую дверь
Ты вошла движением незрячим
И не можешь справиться теперь.
С сердцем заблудившимся горячим.

… Милая! Сейчас ты с тем, другим,
Где – бог весть. Но только может статься,
Решено тобой уже, что с ним
Не по силам для тебя расстаться.
Но пока не зная этих слов,
Я с тобою в нашем общем доме,
В мире запахов твоих и снов,
Слов твоих – и этот мир огромен.
И – единственное существо,
Самую любимою, родную –
Ни к губам и ни к рукам его
Я тебя сегодня не ревную.

… Зная одно и одним дыша,
Общей стала у нас душа.
Ты моё сердце, моя рука,
Жилка, стучащая у виска.
Ты – огонёк у меня.

Как странно, что это тебе ни к чему…
Неужто, мир опрокинув наш,
Ты душу мою другому отдашь?

… Люблю тебя и нет с любовью сладу.
И нету для меня любви иной.
Ты – жизнь моя. Но мне тебя не надо,
Коли душою ты не вся со мной.
Уйти захочешь – сам открою двери,
Как ни было бы горе велико.
А рвать, так рвать. И можешь мне поверить:
Лишь равнодушным уходить легко.
—-

***
 Как любовь хранить от перемены,
Чтобы крепла, сколько ни живи? 
Есть разлуки в жизни, есть измены, 
И ещё есть будни у любви. 
В суете с капустой, с керосином 
Перепутать всё легко порой… 
И совсем забыть, что очи сини 
И что брови чёрные – дугой. 
Хлеб не куплен, каша пахнет дымом – 
Не заметь, прости и позабудь. 
Многое на свете поправимо, 
А любви ушедшей не вернуть.
 М. Львов 

***
Запрокинутые головы любимых.
Древние и вечные слова.
Трепет милых рук незаменимых…
Миллионы раз любовь права.
Пламенеть столетья не устала,
Каждый раз по-новому нова,
Юными несмелыми устами
Обновляет древние слова.
Все опять сначала, все весенние,
И душа, и дым твоих волос.
О, какое счастье и везенье,
Что на свет родиться довелось,
Слышать жизни праздничные трубы,
Небо над собою поднимать,
Целовать отзывчивые губы
И лебяжью шею обнимать!

Я.Аким

***
Я все начинаю сначала,
Молчанье зимы берегу,
Чтоб ты по утрам различала
Мой голос, следы на снегу.
Твержу неразменное слово,
Весенние капли ловлю…
О, господи, как это ново,
И вечно, и страшно: люблю.

 Сергей Смирнов 

***
Нет, не радуюсь я…
Это чувство не высказать вкратце.
Ты в другой стороне…
Как мне хочется в сторону ту…
За единственный твой поцелуй
Я готов отказаться
От всех поцелуев, срываемых мной на лету.
Ты бы знала, как глупо
Играть в подкидного от скуки.
Пить за « будем здоровы »,
Как будто бы ты не здоров…
А потом
Целовать незнакомке губы и руки
И влюбленным казаться
Под действием выпитых паров…
А потом…
А потом я себя ненавижу за это,
И, повинную голову между ладоней клоня,
Я тебя вспоминаю…
Я жду тебя словно рассвета…
Как сестра милосердия –
Нежность твоя для меня…
И хочу я тебе положить свои руки на плечи…
И услышать, как птицей
Колотится сердце в груди…
И срывается с губ,
Будто первая ласточка встречи,
Популярная песенка:
« Наша любовь впереди».

 Наталья Гуревич

Дождь 
Едва ли ты меня поймешь,
Когда скажу о том,
Что мне уснуть мешает дождь,
Шумящий за окном.

Пока не встретилась с тобой,
Мне не знаком был страх.
Я спать могла под шум любой,
Хоть под обвал горах.

А вот теперь под этот дождь
Я думаю о том,
Что ты куда-нибудь идешь
И мокнешь под дождем.

Живу в тревоге за тебя,
Мне ветер бьет в окно,
Мне спать мешает шум дождя,
А ты уснул давно…

 Нора Яворская

***
Женщина любит, а он ее нет.
Драма в стенах учрежденья.
Женщина ждет уже несколько лет
Смены его отношенья.

С ним в вестибюле столкнется одна,
Молча кивнет он и мимо.
Этой скупой нелюбовью она
Снова и снова казнима.

Встретит глаза его, сникнет душой,
Съежится, как от удара.
Кажется скучной себе, неживой,
И некрасивой, и старой…

Вечером в парке другой ее ждет,
Любит и оберегает.
Замуж она за него не идет,
Все же и не отвергает.

Видит себя в глубине его глаз
И молодой, и красивой…
И за того, для кого родилась,
Борется с новой силой.

А. Яшин

***

Я тебя не хочу встречать.
Я тебя не хочу любить.
Легче воду всю жизнь качать,
На дороге камни дробить.

Лучше жить в глуши, в шалаше,
Там хоть знаешь наверняка
Почему тяжело на душе,
Отчего находит тоска.

Буду лес вековой рубить,
В мозглой тундре топи гатить…
Я тебя не хочу любить.
Как же мне тебя позабыть?


С. Васильев

***

Все говорят…
Все говорят, что мы разные с нею,
Разница эта далека видна.
Все говорят, что я выше стройнее,
И веселей, и милей, чем она.

Все говорят, что ряжуся к лицу я,
все говорят про улыбку мою,
Все говорят, что я легче танцую,
Лучше ее на вечерках пою.

Все говорят мне открыто и честно,
Что больше во мне красоты и огня,
И все-таки он, почему – не известно,
Любит ее и не любит меня.

Борис Пастернак

***

Недотрога, тихоня в быту,
Ты сейчас вся огонь, вся горенье.
Дай запру я твою красоту
В темном тереме стихотворенья.

Посмотри, как преображена
Огневой кожурой абажура
Конура, край стены, край окна,
Наши тени и наши фигуры.

Ты с ногами сидишь на тахте,
Под себя их поджав, по-турецки.
Все равно: на свету в темноте
Ты всегда рассуждаешь по-детски.

Замечтавшись, ты нижешь на шнур
Горсть на платье скатившихся бусин.
Слишком грустен твой вид, чересчур
Разговор твой прямой безыскусен.

Пошло слово « любовь », ты права.
Я придумаю кличку иную.
Для тебя я весь мир, все слова,
Если хочешь, переименую.

Разве хмурый твой вид передаст
Чувств твоих рудоносную залежь,
Сердца тайно светящийся пласт?
Ну так что же глаза ты печалишь?

Н. Доризо

* * *

О, как нам часто кажется в душе,
Что мы, мужчины, властвуем, решаем.
Нет!
Только тех мы женщин выбираем, Которые нас выбрали уже.

Надежда Серебрянская

Боюсь 
Нет, нет я не желаю знать
И слышать о твоей измене.
Боюсь сама это понять,
В твоих глазах обман заметить.

Боюсь – смогу не закричать
И, с болью справившись своею,
Тебя смогу я потерять,
Боюсь – простить я не смогу…

***
Быть тебе «цепью» – не желаю,
« Мой ласковый и нежный зверь ».
Тебя на волю отпускаю –
Иди. Свободен ты теперь.

Беги к другим ногам, ласкаясь,
У рук других проси тепла
Любовью грешной наслаждаясь,
Которой дать я не смогла.

И обо мне воспоминаньем
Себя напрасно не тревожь,
Тебе – я совестью не стану,
Не упрекну тебя за ложь.

Слезами и последним стоном,
Прощаясь, я не прокляну.
И лишь одно застынет слово
Молчаньем на устах – « Люблю »…

Разлука
Коварна, все-таки, разлука…
Исподтишка творит свое –
Днями протягивает руки,
Ночей скликая воронье.
И превращая это в даты
Зовет себя нашей судьбой.
И нас на календарной карте
Разводит в стороны с тобой.
« Не нашим » временем разводит.
В цель каждою секундой – бьет.
Она нас в разные заботы, Л.
В разные радости ведет.
Минуты сеет между нами,
А колосятся всходы лет,
Где на полях самообмана
Наших с тобой колосьев нет.
Где « дождь соленый » не стихает,
Не тают « белые снега »…
И где разлука нас спасает
Своим коварством от греха…

***
Не сожалей, что годы брошены 
Тобою не к моим ногам. 
Что одарить не можешь роскошью – 
( Твоя растрачена казна ). 

И не казни себя ошибками, 
Что в жизни совершить пришлось. 
На это право лишь Всевышнего 
Судить за правду или ложь. 

Не поддавайся злу отчаянья, 
Пьянея от его вина.
Судьбу нельзя назвать случайностью, 
Свыше предсказана она. 

И, не впадая в омут крайности,
Неведомо кого кляня, 
Ты не лишайся земных радостей,
За то, что потерял меня.



Вокзал 

Я ненавидела вокзал 
С тех пор как он тебя украл. 
И скорый поезд вдаль унес 
Моей любви апофеоз. 

С тех пор звучал во мне, как стон 
Колес вагонных перезвон. 
И словно траур похорон, 
Таил в себе ночной перрон… 

Я ненавидела вокзал  
С тех пор как он тебя украл. 

… Но знаю я теперь рассвет,
Когда перрон, в зарю одет, 
Тебя, тебя мне возвращал 
После разлук! Тот же вокзал! 

И музыкою, сердце в тон,
Колес вагонных перезвон, 
Мечту мою и вечный сон 
В быль превращал в то утро он. 

Ромашки знают и слеза,
Как наши встретились глаза, 
Как души наши обнялись 
И сердца два – в одно слились. 

Судьба отмерила на миг
Один вокзал для нас двоих. 
И не найти теперь ответ – 
Была права она иль нет!?

***
Может я напрасно волю 
Чувствам не даю? 
И хочу зачем-то долю 
Обмануть свою. 

Встреч с тобою избегаю
( Не было б беды )
Не напрасно ли стараюсь
« Не мутить воды? »

Запрещаю свои чувства 
Я сама себе. 
Задыхаюсь в этой грусти 
Горькой по тебе. 

Как мне все, что есть разрушить,
Заново начать?
Сил не хватит… Сколько ж нужно
Сил чтобы молчать?

Не зови меня сквозь годы 
Не держи в плену 
Мою душу, дай свободу 

Сердцу моему!
Быть счастливой – не решилась,
Разошлись пути. А за то, что не забыла
Я тебя, – « Прости »…


***
Ты – « Приезжай ко мне! » – сказал
Я этих слов ждала,
Но … много лет тому назад,
Когда ты не позвал.

Но, к сожаленью, не вернуть
Те – 18 лет,
Когда без памяти к тебе
Могла я « прилететь ». 

На крыльях легких от любви
И чистых, как хрусталь,
Когда все только впереди
И прошлого не жаль.

Когда для юности еще – горе не беда
И не пугают « в шалаше » зной и холода.
И чувства – разума сильней!
Отчаянней! Тогда 

Я, без сомнения тебе
Сказала б: « Да! Да! Да! Да! Да!» 

Какой теперь ты ждешь ответ?
« Сошелся клином белый свет?»
Но километры наших лет
По жизни проложили след
Словами – Нет, нет, нет, нет, нет…

 
Прости 

Прости за то, что я не рядом.
Прости за то, что ты – не мой. 
За то, что жить должны – « как надо ». 
И только трезвой головой. 

Прости за то, что не сумела
Вернуть судьбы теченье вспять.
За то, что так и не посмела
Тебя у прошлого отнять.

Прости что не твоей невестой, 
Стояла я у алтаря. 
За то, что мы с тобой не вместе 
По воле злого декабря. 

Прости что радости и беды
Тебе дано с другой делить.
За то что, празднуя победы,
Не можешь мне вина налить.

Прости, что нет меж нами будней. 
Наших святых с тобой ночей. 
За то, что утро не разбудит 
Улыбкою моих очей. 

Прости, что « краденое счастье »
Не позволяю повторить
( Я повинуюсь божьей власти ).
Сможешь ли ты меня простить?

Прости, что не могу быть рядом 
За то, что в жизни – не твоя. 
За мое горькое – « Так надо » 
Прости, пожалуйста, меня…

***
Господь помог расстаться нам.
И стон сдержать хватило сил.
Но, уходя, не знаешь сам –
Мое ты сердце уносил.

Но средь житейской суеты
И в холод, чувствую тепло.
И вдруг я поняла, что ты
Оставил сердце мне свое!


***
Судьба сыграла свое « скерцо ». 
Превозмогая эту боль, 
Смириться не желает сердце. 
В котором есть еще любовь. 

Оно в минорности притихнет,
Нотками грусти застонав, 
Пульсируя кардиограммой стиха, 
Зигзагом выводя слова. 

Благословив на нотном стане
Слова и музыку в полет… 
…Остановившись, песней станет 
И этим вечность обретет.


***
Такая у тебя работа – 
Приходишь поздно ты домой. 
А, может, у тебя есть « кто-то ». 
Кружат сомненья надо мной. 
        А, может, ты сейчас целуешь 
        Другие руки и глаза?.. 
        Я, кажется, тебя ревную… 
        Обиды катится слеза. 
Твою работу проклинаю, 
Тебя ругаю сгоряча. 
Но… миг ночной благословляю, 
Услышав поворот ключа. 
        Ты тихо подойдешь, я знаю, 
        И расцелуешь горячо… 
        Как я спокойно засыпаю, 
        Уткнувшись в теплое плечо.

Молитва – исповедь
Покорностью уста твердят: « Прости ». 
Отчаяньем молитва в небо просится: 
– « Помилуй, заступись и защити 
О, Пресвятая Дева-Богородица. 

Перед тобою, преклоняясь, стою
В смирении… Я высшею расплатою 
Сегодня в божий храм Любовь свою 
Несу, как на Голгофу, на распятие. 

Во имя блага я отдам Любовь
На божий суд, и волею Всевышнего 
Послать ли отпущение грехов, 
Лишив меня Любви к самому ближнему. 

И, указав на праведность пути,
Отвергнув грешные сомнения, 
Ценой раскаянья в Любви, 
Мне заслужить себе спасение? 

И, исполняя заповедь небес,
Не оскверняя ни души, ни тела, 
Оберегая совесть, зная честь, 
Поверить – нет святейшего удела? 

Не отрекайся, Господи, веди.
Учи меня повиновенью, 
Избавь от зла, прости долги, 
И удержи от искушения. 

Тебе вверяю исповедь Любви,
Надеюсь на твое благословение. 
Но, смилуйся, о Боже, помоги 
Мне заслужить и у Любви прощение.

 ***
« Сегодня – на полнеба цветет радуга! 
Вчера – грустил и плакал дождь…» – 
Как я хочу с Тобой делиться радостью 
И грустью. Знаю, что поймешь, 
Лишь Ты поймешь, со мной прочувствуешь 
Восторг души, ее печаль, 
Лишь Ты во мне увидишь лучшее – 
То, что никто не замечал. 
Не каждому дано к душе притронуться, 
И эхом чтоб она отозвалась. 
Моя ж душа, словно затворница, 
Открыться чтоб, Тебя ждала…